0 00 1 min 7 mths 263

Какое счастье – какое удивительное чувство: принадлежать к своему народу, слышать ток его крови, нести эту кровь в себе, ликовать о непреодолимой его силе и красоте. Знать о его милосердии.

…проснулся ночью и подумал: а ведь где-то сейчас грустит, переставляя, как Пьеро брови по лбу, Земфирка. Смотрит в пустоту Чулпан. Ищет в бороде волшебный белый волос Борис Борисович, желая выдернуть его и всё отменить. Перебирает губами заблудший генеральский сын Галкин. Душит Фандорина Акунин.

Какая тоска их обуяла.

Ещё подумал: а вот Михаил Афанасьевич Булгаков доволен. Симонов и Сельвинский выпили по 150 сгущённого эфира. Денис Васильевич Давыдов улыбается. Пушкин заразительно хохочет.

И Жуков говорит Потёмкину: «А ты говорил, Таврический».

А Потёмкин такой: «А чего это я говорил, маршал? Победа будет за нами, говорил».

«Ну, виват тогда, – соглашается Жуков, – Иди докладывай императрице. Я тоже пойду генералиссимусу скажу. А то всё строг был последние дни».

Святая Мария, благодарение тебе. Шуми, море.